Показаны сообщения с ярлыком журналисты. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком журналисты. Показать все сообщения
суббота, 1 июня 2013 г.
понедельник, 23 июля 2012 г.
суббота, 24 декабря 2011 г.
Городские мероприятия 52. Журналисты
суббота, 24 сентября 2011 г.
Городские мероприятия. Глянцевые издания. Мария Кузнецова
Мария Кузнецова, Я выбираю
- Вам нравится кто-то из
местных глянцевых?
Проблема в том, что в Петрозаводске нет глянца. Есть рекламные издания, которые печатаются на более-менее приличной бумаге. Этим, увы, сходство с глянцем ограничивается.
- Вы знаете - как сделать так – чтобы “квадратик” (ваше издание) не превратился в приложение к кофе?
По-моему, это большое достижение – стать приложением к кофе. Чтобы человек сел, не спеша, за чашечкой кофе, полистал журнал… Для этого глянец и существует.
Тут другая проблема – как не стать подставкой под кофе.
- Elle or Harper’s Bazaar?
Мммм… Сейчас ни тот, ни другой. Elle мне нравился лет 10 назад, это был первый глянцевый журнал, который я начала читать. А HB мне нравился, пока там была Шахри Амирханова. Vogue без Долецкой тоже уже не то.
Сейчас я больше люблю мужские журналы – GQ, Esquire.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Нет. Я всего лишь умею более-менее грамотно излагать полученную информацию. Журналист в классическом определении – это тяжелая, интеллектуально и энергетически очень затратная, опасная работа. Я думаю, что это труд для мужчин. То, что сейчас в журналистике так много девушек – еще одно свидетельство упадка профессии, на мой взгляд.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Я люблю рассказывать, что росла в редакционных коридорах и там «впитывала» (мои мама и папа были журналистами, работали редакторами разных изданий). Очень много дала работа в «Комсомолке».
А на филфаке, где я училась, вряд ли меня чему-то научили, имеющему отношению к профессии.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Для тех, кто еще не разучился читать.
- Как вы выбираете темы?
Это они нас выбирают.
- Почему местная глянцевая - такая скучная?
Потому что настоящий глянец – тяжелый труд и серьезный бизнес, требующий серьезных вложений. В Петрозаводске журналы – это или развлечение для девочек, которым наскучило сидеть дома, или дополнительный бизнес, который служит для рекламы основного. В Петрозаводске нет того уровня и количества рекламодателей, которые могли бы обеспечить процветание настоящего глянца.
- Вы много делаете материалов на заказ
Конечно. Все рекламные статьи пишутся на заказ. Их легко отличить от редакционных материалов.
- На что можно поймать читателя?
На правду. Но любое издание в первую очередь думает о том, на что поймать рекламодателей. Без них не будет и читателей – глянец просто умрет. Интересно, например, читать ту же ресторанную критику. Но кто же напишет все как есть и захочет потерять рекламодателя?
Проблема в том, что в Петрозаводске нет глянца. Есть рекламные издания, которые печатаются на более-менее приличной бумаге. Этим, увы, сходство с глянцем ограничивается.
- Вы знаете - как сделать так – чтобы “квадратик” (ваше издание) не превратился в приложение к кофе?
По-моему, это большое достижение – стать приложением к кофе. Чтобы человек сел, не спеша, за чашечкой кофе, полистал журнал… Для этого глянец и существует.
Тут другая проблема – как не стать подставкой под кофе.
- Elle or Harper’s Bazaar?
Мммм… Сейчас ни тот, ни другой. Elle мне нравился лет 10 назад, это был первый глянцевый журнал, который я начала читать. А HB мне нравился, пока там была Шахри Амирханова. Vogue без Долецкой тоже уже не то.
Сейчас я больше люблю мужские журналы – GQ, Esquire.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Нет. Я всего лишь умею более-менее грамотно излагать полученную информацию. Журналист в классическом определении – это тяжелая, интеллектуально и энергетически очень затратная, опасная работа. Я думаю, что это труд для мужчин. То, что сейчас в журналистике так много девушек – еще одно свидетельство упадка профессии, на мой взгляд.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Я люблю рассказывать, что росла в редакционных коридорах и там «впитывала» (мои мама и папа были журналистами, работали редакторами разных изданий). Очень много дала работа в «Комсомолке».
А на филфаке, где я училась, вряд ли меня чему-то научили, имеющему отношению к профессии.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Для тех, кто еще не разучился читать.
- Как вы выбираете темы?
Это они нас выбирают.
- Почему местная глянцевая - такая скучная?
Потому что настоящий глянец – тяжелый труд и серьезный бизнес, требующий серьезных вложений. В Петрозаводске журналы – это или развлечение для девочек, которым наскучило сидеть дома, или дополнительный бизнес, который служит для рекламы основного. В Петрозаводске нет того уровня и количества рекламодателей, которые могли бы обеспечить процветание настоящего глянца.
- Вы много делаете материалов на заказ
Конечно. Все рекламные статьи пишутся на заказ. Их легко отличить от редакционных материалов.
- На что можно поймать читателя?
На правду. Но любое издание в первую очередь думает о том, на что поймать рекламодателей. Без них не будет и читателей – глянец просто умрет. Интересно, например, читать ту же ресторанную критику. Но кто же напишет все как есть и захочет потерять рекламодателя?
Будущее за инфотеймент?
За инфотейментом, по-моему, прошлое. Еще в 2000 году, когда я пришла работать в «Комсомолку», нам федералы выклевывали мозги «инфотейментом», когда учили писать. Хотя и тогда это уже было не ново.
За чем будущее – не знаю, а настоящее, по-моему, за короткими, максимально информативными, без лишних красивостей и лирических отступлений, текстами из серии «испытано на себе» (как я был там-то, где я покупал то-то, чем хорошо или плохо сякое-то и т.д.), которые удобно читать с экрана айфона/айпада.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция
Стройный алгоритм, в основе которого лежит яркая эмоция.
- Открываю любой, блин горелый, местный глянец - одни и те же лица. Вы по городу ходите?
Ходим. Везде – одни и те же лица.
- Это обязательно, чтобы на последних страницах - “Никто” жарко обнимался с “никем”?
Не обязательно, но желательно. «Никому» всегда интересно посмотреть на других «никого», пообсуждать наряды и т.д.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
Конечно. Это достигается годами упорных тренировок. Поэтому я так люблю на ночь почитать журнальчик-другой, вместо снотворного.
- Когда вы уже вынесите на обложку слово – Sex?
Ну, вот как раз в ближайшем номере… А что, Вам больше негде насладиться сексом, кроме как на обложке?
За инфотейментом, по-моему, прошлое. Еще в 2000 году, когда я пришла работать в «Комсомолку», нам федералы выклевывали мозги «инфотейментом», когда учили писать. Хотя и тогда это уже было не ново.
За чем будущее – не знаю, а настоящее, по-моему, за короткими, максимально информативными, без лишних красивостей и лирических отступлений, текстами из серии «испытано на себе» (как я был там-то, где я покупал то-то, чем хорошо или плохо сякое-то и т.д.), которые удобно читать с экрана айфона/айпада.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция
Стройный алгоритм, в основе которого лежит яркая эмоция.
- Открываю любой, блин горелый, местный глянец - одни и те же лица. Вы по городу ходите?
Ходим. Везде – одни и те же лица.
- Это обязательно, чтобы на последних страницах - “Никто” жарко обнимался с “никем”?
Не обязательно, но желательно. «Никому» всегда интересно посмотреть на других «никого», пообсуждать наряды и т.д.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
Конечно. Это достигается годами упорных тренировок. Поэтому я так люблю на ночь почитать журнальчик-другой, вместо снотворного.
- Когда вы уже вынесите на обложку слово – Sex?
Ну, вот как раз в ближайшем номере… А что, Вам больше негде насладиться сексом, кроме как на обложке?
пятница, 16 сентября 2011 г.
Городские мероприятия. Глянцевые издания. Кристина Арнаутова
Кристина Арнаутова, Иzюм
- Вам нравится кто-то
из местных глянцевых?
- Для Петрозаводска понятие «глянцевый» означает
несколько иное. Здесь достаточно пустить в печать издание с глянцевой обложкой,
какого бы содержания оно не было. Хотя «глянец» подразумевает под собой далеко
не простую характеристику обработки бумаги.
- Вы знаете - как
сделать так – чтобы “квадратик” (ваше издание) не превратился в приложение к
кофе?
- Это основная задача журнала. Мы не хотим, чтобы его
использовали в качестве развлечения на одну минуту, мы хотим, чтобы его брали с
собой и читали.
- Elle or Harper’s Bazaar?
- Vanity Fair
- Вы считаете себя
именно журналистом, в классическом определении?
- Я, по сути, журналистом себя не считаю вообще. Как
правило, если я пишу что-то, то пишу «в стол». Крайне редко случается, когда
могу выставить на всеобщее обозрение своё творение, я очень самокритична.
- Как Вы стали
журналистом? (Где Вы учились?)
- Я не волшебник, я только учусь.
- Для кого вы пишите,
по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
- Мы пишем для всех и каждого. У журнала довольно
широкая аудитория. В наше время за чашкой чая или кофе Вы можете встретить кого
угодно и где угодно.
- Как вы выбираете
темы?
- На то и
существует редакция журнала. Тема должна быть непременно актуальной. Никто не
станет читать про Новый год летом.
- Почему местная
глянцевая - такая скучная?
- Она не
скучная, она не глянцевая.
- Вы много делаете
материалов на заказ?
- В нашем журнале довольно низкий процент материалов
сделанных на заказ. Мы стремимся быть реально интересными читателю и делаем
упор на авторские статьи.
- Будущее за
инфотеймент?
- А если бы я Вас спросила, будущее за книгами в
традиционном понимании или электронными, что бы Вы ответили?
- Что лучше – стройный
алгоритм расстановки слов или эмоция?
- Я всегда
была за эмоции в первую очередь. Но эмоции должны иметь меру, стройный алгоритм
немаловажен.
- Открываю любой, блин
горелый, местный глянец - одни и те же лица. Вы по городу ходите?
- Откройте
наш, Вы не увидите тех же лиц.
- Это обязательно, чтобы на
последних страницах - “Никто” жарко обнимался с “никем”?
Каждый сам решает - о чём и как именно писать. Если
"никто" жарко обнимался с "никем" на последней обложке,
значит, и аудитория издания направлена именно на такую тематику. Серьёзный
журнал не станет гнаться за популярностью подобными путями. Но, опять-таки, это
дело каждого, и каждый сам выбирает свой путь.
- Вам не кажется, что
все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
- А Вы
считаете, что это плохо? Ведь многие именно к этому и стремятся. Люди хотят
спокойствия, стабильности. Как ни странно, мало, кому нужны «бомбы» и сенсации.
- Когда вы уже
вынесите на обложку слово – Sex?
- Мы –
никогда. Мы не Maxim и не Playboy.
понедельник, 29 августа 2011 г.
Городские мероприятия. Журналисты. Александр Фукс
Александр Фукс
- Вы открываете утром какую-нибудь местную газету? Не местную?
Я не открываю никаких газет. Ни раньше, ни сейчас. Читаю их только в туалете.
- Гардиан или Сан?
Иностранные газеты не читаю тоже, так как не знаю не нашего языка.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Я не уверен, что я реально профессионал. Как мне кажется, журналист должен уметь быстро и понятно делать тексты на любую тему. Я хорошо пишу только о том, что мне нравится, что волнует и чем интересно подумать. Кроме того, я слишком большое значение придаю подбору слов. А это не журналистика, а просто способ самовыражения.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Так получилось, что я ничего не умею делать. Я не могу работать руками, не понимаю физику, химию, математику и биологию. Не умею чертить и рисовать. У меня нет слуха. Я боюсь ответственности и не умею соображать в экстремальных обстоятельствах. И, главное, оказалось, что я не обучаем. Если у меня что-то не получалось само, то оно не получалось и после учебы. А размышлять мне нравилось. Так, чтобы никто не торопил, не подглядывал и не дергал. Больше, в общем-то, я ничего не умел. Так, методом вычитания, осталась только журналистика... Закончил петрозаводский филфак.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Своим читателем я вижу себя самого. Человека, примерно, с таким же уровнем образования, похожими взглядами на жизнь. В общем, я пишу сам себе. В меру просто, в меру весело, но чтобы хотелось думать.
- Как вы выбираете темы?
Основная тема это отношения между слабым и сильным. Защищать человека от бизнесмена, бизнесмена от чиновника, чиновника от президента. Мне интересно показывать, как, на мой взгляд, должно быть и как есть на самом деле. Но искать темы мне лениво. Как правило, одна тема в неделю находит меня сама.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
У нас нет гражданского общества. Люди (и журналисты, в частности) не верят, что от них хоть что-нибудь зависит. И какой смысл писать что-то зубастое, если ничего не изменится? Больше того, основная масса нашего населения уверена, что именно так и должно быть. Кроме того, все журналисты выполняют заказ. Заказ этот на 90 процентов исходит от государства. О какой зубастости может идти речь, если журналист подцензурен?
- Она, по природе, сервильная?
Слово сервильная мне пришлось смотреть в словаре. Думаю, у нас не только журналистика раболепна, но подавляющая часть народа. Рабская психология исторически пронизывает нашу страну. И многие ухитряются этим гордиться.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Мои репортажи начальство, практически, не чистит. Мне повезло с изданием (оно частное) и с начальством. Несколько моих текстов не вышло. За 13 лет штук 5-6. Я их пристраивал в другие издания.
- На что можно поймать читателя?
Я не знаю, на что можно поймать читателя. Обычный обыватель, вроде бы, ловится на скандальность заголовка и начало. Еще нужно, чтобы куски текста были не большими, а фотографии, наоборот здоровыми... Но для меня важнее остроумие и литературность.
- Будущее за инфотеймент?
Инфотеймент мне тоже пришлось смотреть в словаре. я не люблю редко употребимую лексику. она отдает пижонством. я правильно понял, речь о журналистике развлечений? Не думаю, что за этим будущее. Просто, время от времени обществом будут востребованы разные направления. Так всегда было. Апатия сменяется гражданским пафосом, пафос разочарованием.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция
Говорят, журналистика все больше становится профессией эмоций. Женщины вытесняют из профессии мужчин. Но мне больше нравится логика.
- Открываю любую местную газету: одни вести с полей. Где аналитические материалы?
- Почему никто не отвечает на вопрос Why?
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
Последние три вопроса повторяют вопрос о беззубости. На многие темы государственным изданиям нельзя даже сообщать. Журналист не напишет, так как редактор не напечатает. редактор не напечатает, так как издатель не пропустит. Если что-то просочится, могут быть не приятности. Никто не хочет быть уволенным. У всех дети. Все хотят жить отдельно от родителей, купить машину, ездить на курорты. Значит, нужно обслуживать того, кто платит. Никто не работает для людей. Ни чиновники, ни журналисты. Все отвечают не перед обществом, а перед своим начальством... Не говоря уже о том, что многие из журналистов даже не задаются вопросом: Почему? Какая разница? Кому ответ на этот вопрос поможет? Да, и мы можем ошибаться.
- Вот классический пример от моего коллеги Познера: вы приходите на интервью в важное министерство. На столе лежат бумаги, а все журналисты умеют читать вверх ногами.
Вам эту неофициальную информацию не выдают - вы расскажите о ней на утро в газете? Напрашивается ответ: да. Но я плохо представляю такую ситуацию и такой документ. Любой официальный документ пишется так занудно, что мне и вниз ногами приходится перечитывать его пару раз, чтобы понять, о чем он, и с каких слов в нем начинается суть.
пятница, 26 августа 2011 г.
Городские мероприятия. Журналисты. Евгения Волункова
Евгения Волункова
Редактор раздела Среда обитания на rk.karelia.ru
http://rk.karelia.ru/category/report/
http://rk.karelia.ru/category/report/
- Вы открываете утром какую-нибудь местную газету?
- Не местную?
Утром я открываю ноутбук. И, стыдно признаться, в первую очередь просматриваю ресурсы Фэйсбук и Вконтакте. И только потом местные и неместные электронные СМИ. Хотя, если бы каждое утро в мою форточку прилетала свежая пресса, скорее всего, я бы ее пролистывала.
- Гардиан или Сан?
Я должна сделать выбор, руководствуясь чем? Тем, какое издание мне более интересно? Ну, тогда Гардиан. Один ее номер валяется у меня в шкафу.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Какое-то кошмарное определение журналиста нашла. Вот: "Журналист - лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию". Мне больше нравится считать себя жизневедом.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Я закончила Петрозаводский госуниверситет, отделение журналистики. Но журналистом я стала лет в 12, когда после одного молодежного лагеря ощутила неуемное желание про этот лагерь написать. И, кстати, лет до 20 я именно под такими порывами и писала. Идешь по улице и вдруг - бац! Тебя посетила муза, и ты несешься стремглав домой, хватаешь ручку или клавиатуру и пишешь, пишешь... Сейчас все иначе происходит. Спокойнее как-то.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Неравнодушные люди разных возрастов.
- Как вы выбираете темы?
Я пишу о том, что мне интересно, что задевает и трогает. Иногда придумываю для себя приключения и авантюры, а иногда, просто, очень хочется наболевшую тему поднять, помочь кому-то. Стараюсь всегда откликаться на людские просьбы. Люди верят, что журналисты всесильны. Мы для них последняя инстанция справедливости. Не хочется их разочаровывать.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
Вы обобщаете? Ведь зубастой ей быть, или беззубой - решает жанр, тема. В некоторых местных СМИ есть много вполне зубастых материалов.
- Она, по природе, сервильная?
По природе уж точно не сервильная.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Сейчас - нет. Когда начинала, много слез из-за этих чисток пролила. Редактор какое-нибудь предложение выбросит, а у меня трагедия. Я на это предложение ставку, может, делала. Иногда же, знаете, как бывает: над одним оборотом полдня сидишь, придумываешь нечто оригинальное, чтобы не штамп... А потом эту твою гениальность раз - и в помойное ведро. Обидно. Сейчас уже научилась сама себя править, чистить и не жалеть. Чем яснее и короче написано - тем лучше. Не зря та же европейская журналистика давно ушла от больших материалов.
- На что можно поймать читателя?
На заголовок. На легкий, незаштампованный слог. Если о теме говорить, то на сенсацию, эксклюзив и, как ни странно, на то, что рядом и близкО. До сих пор удивляюсь, что большинство комментариев я получаю к жизненным зарисовкам о людях. Самых обычных.
- Не местную?
Утром я открываю ноутбук. И, стыдно признаться, в первую очередь просматриваю ресурсы Фэйсбук и Вконтакте. И только потом местные и неместные электронные СМИ. Хотя, если бы каждое утро в мою форточку прилетала свежая пресса, скорее всего, я бы ее пролистывала.
- Гардиан или Сан?
Я должна сделать выбор, руководствуясь чем? Тем, какое издание мне более интересно? Ну, тогда Гардиан. Один ее номер валяется у меня в шкафу.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Какое-то кошмарное определение журналиста нашла. Вот: "Журналист - лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию". Мне больше нравится считать себя жизневедом.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Я закончила Петрозаводский госуниверситет, отделение журналистики. Но журналистом я стала лет в 12, когда после одного молодежного лагеря ощутила неуемное желание про этот лагерь написать. И, кстати, лет до 20 я именно под такими порывами и писала. Идешь по улице и вдруг - бац! Тебя посетила муза, и ты несешься стремглав домой, хватаешь ручку или клавиатуру и пишешь, пишешь... Сейчас все иначе происходит. Спокойнее как-то.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Неравнодушные люди разных возрастов.
- Как вы выбираете темы?
Я пишу о том, что мне интересно, что задевает и трогает. Иногда придумываю для себя приключения и авантюры, а иногда, просто, очень хочется наболевшую тему поднять, помочь кому-то. Стараюсь всегда откликаться на людские просьбы. Люди верят, что журналисты всесильны. Мы для них последняя инстанция справедливости. Не хочется их разочаровывать.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
Вы обобщаете? Ведь зубастой ей быть, или беззубой - решает жанр, тема. В некоторых местных СМИ есть много вполне зубастых материалов.
- Она, по природе, сервильная?
По природе уж точно не сервильная.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Сейчас - нет. Когда начинала, много слез из-за этих чисток пролила. Редактор какое-нибудь предложение выбросит, а у меня трагедия. Я на это предложение ставку, может, делала. Иногда же, знаете, как бывает: над одним оборотом полдня сидишь, придумываешь нечто оригинальное, чтобы не штамп... А потом эту твою гениальность раз - и в помойное ведро. Обидно. Сейчас уже научилась сама себя править, чистить и не жалеть. Чем яснее и короче написано - тем лучше. Не зря та же европейская журналистика давно ушла от больших материалов.
- На что можно поймать читателя?
На заголовок. На легкий, незаштампованный слог. Если о теме говорить, то на сенсацию, эксклюзив и, как ни странно, на то, что рядом и близкО. До сих пор удивляюсь, что большинство комментариев я получаю к жизненным зарисовкам о людях. Самых обычных.
- Будущее -за инфотеймент?
Среди обилия информации на первый план выходит форма его подачи. И тут, конечно, все козыри у инфотеймент. Сухая аналитика давно уже всем наскучила, народ хочет зрелищ. Людям интересно узнавать не столько о самом событии, сколько о деталях, ему сопутствующих, людях, в нем замешанных. Вся эта дополнительная информация добавляет красок, подстегивает интерес. Я не могу сказать, что будет дальше, но то, что инфотейнмент вошел в нашу жизнь навсегда и прочно - очевидно.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция
Я всегда за эмоции. Алгоритм скучен, банален, предсказуем. Эмоция же добавляет яркости, заставляет прочувствовать, задуматься. Правда, с эмоциями надо обращаться очень аккуратно, дабы не переборщить. Все-таки журналистика - это не сказка или комикс перед сном.
- Открываю любую местную газету: одни вести с полей. Где аналитические материалы?
Интеллектуальная журналистика в российских-то СМИ не шибко присутствует, а вы в местных СМИ ее ищете? Спрос на аналитическую журналистику очень, очень узок.
- Почему никто не отвечает на вопрос Why?
Никто не знает ответа.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
Мне не кажется - я просто не читаю убаюкивающие материалы. И, кстати, не создаю их.
- Вот классический пример от моего коллеги Познера: вы приходите на интервью в важное министерство. На столе лежат бумаги, а все журналисты умеют читать вверх ногами.
Вам эту неофициальную информацию не выдают - вы расскажите о ней на утро в газете?
Ой, какой сложный вопрос! Вообще, я стараюсь быть честной. Но если речь будет идти о материале, который может перевернуть к лучшему чью-то жизнь, или наказать преступника - то я пойду на все.
пятница, 12 августа 2011 г.
Городские мероприятия. Журналисты. Анна Гриневич
Анна Гриневич,
замредактора "Мой Петрозаводск", редактор рубрики "Персона" на сайте Республика
замредактора "Мой Петрозаводск", редактор рубрики "Персона" на сайте Республика
- Вы открываете утром какую-нибудь местную газету?
Почти все газеты, которые снабжены сайтами.
- Не местную?
В системе читаю “РР” - журнал “Русский репортер”. Он живой, простой, как я люблю, и про людей.
- Гардиан или Сан?
Не…
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
А что это за определение? Думаю, что я могу нормально писать о том, что знаю.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Лет 12 назад Снежана Слепкова “устроила” меня в газету “Петрозаводск” на лето, поработать за тех, кто в отпуске. Я не была в себе уверена, но меня поддержали авторитеты – Валерий Верхоглядов, Дмитрий Свинцов, Веня Слепков… Закончила филологический факультет ПетрГУ.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Я пишу для читателей газеты «Мой Петрозаводск», которые находят нашу газету в почтовых ящиках. И для читателей сайта rk.karelia.ru. Там я с недавнего времени веду рубрику “Персона”. Я не знаю, как подстраиваться под какую-нибудь специальную аудиторию, поэтому этого и не делаю.
- Как вы выбираете темы?
По большей части реагирую на то, что случается. Иногда получается что-то придумать не привязанное к хронике.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
Я не аналитик, наверное…
- Она по природе сервильная?
Не думаю, что здесь можно обобщать. Каждый журналист пишет в меру таланта, умения и в соответствии со своими представлениями о добре и зле.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Я вообще редко пишу репортажи. Больше “чищу” репортажи других как замредактора. В былое время мне, насколько я помню, никто не мешал высказываться.
- На что можно поймать читателя?
У каждого издания – свои приемы. В любом случае, читатели чувствуют, когда журналист живет с ними на одной волне.
- Будущее -за инфотеймент?
Не знаю. В нашем городе весь многочисленный “глянец” на одно лицо, довольно скучный.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция?
Дело в том, что информация о большей части событий, происходящих у нас, не уникальна. Так или иначе об этом говорят все СМИ. Разница – в подаче. В небольшом городе издания и компании не могут конкурировать в плане оперативности освещения. И здесь оказывается важен авторский взгляд, наверное.
- Открываю любую местную газету: одни вести с полей. Где аналитические материалы?
Это, и правда, редкость. Я не знаю, где они…
- Почему никто не отвечает на вопрос Why?
Здесь талант нужен и свобода определенная.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
То есть, раньше больше цепляли? Добросовестные журналисты стараются делать по-честному, тратят на материалы силы и время. Другим, наверное, лень.
- Вот классический пример от моего коллеги Познера: вы приходите на интервью в важное министерство. На столе лежат бумаги, а все журналисты умеют читать вверх ногами.
Вам эту неофициальную информацию не выдают - вы расскажите о ней на утро в газете?
Это зависит от сути информации. И от редактора, который захочет или не захочет взять на себя ответственность за публикацию, если ему покажется, что информация должна дойти до читателя.
Почти все газеты, которые снабжены сайтами.
- Не местную?
В системе читаю “РР” - журнал “Русский репортер”. Он живой, простой, как я люблю, и про людей.
- Гардиан или Сан?
Не…
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
А что это за определение? Думаю, что я могу нормально писать о том, что знаю.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Лет 12 назад Снежана Слепкова “устроила” меня в газету “Петрозаводск” на лето, поработать за тех, кто в отпуске. Я не была в себе уверена, но меня поддержали авторитеты – Валерий Верхоглядов, Дмитрий Свинцов, Веня Слепков… Закончила филологический факультет ПетрГУ.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Я пишу для читателей газеты «Мой Петрозаводск», которые находят нашу газету в почтовых ящиках. И для читателей сайта rk.karelia.ru. Там я с недавнего времени веду рубрику “Персона”. Я не знаю, как подстраиваться под какую-нибудь специальную аудиторию, поэтому этого и не делаю.
- Как вы выбираете темы?
По большей части реагирую на то, что случается. Иногда получается что-то придумать не привязанное к хронике.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
Я не аналитик, наверное…
- Она по природе сервильная?
Не думаю, что здесь можно обобщать. Каждый журналист пишет в меру таланта, умения и в соответствии со своими представлениями о добре и зле.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Я вообще редко пишу репортажи. Больше “чищу” репортажи других как замредактора. В былое время мне, насколько я помню, никто не мешал высказываться.
- На что можно поймать читателя?
У каждого издания – свои приемы. В любом случае, читатели чувствуют, когда журналист живет с ними на одной волне.
- Будущее -за инфотеймент?
Не знаю. В нашем городе весь многочисленный “глянец” на одно лицо, довольно скучный.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция?
Дело в том, что информация о большей части событий, происходящих у нас, не уникальна. Так или иначе об этом говорят все СМИ. Разница – в подаче. В небольшом городе издания и компании не могут конкурировать в плане оперативности освещения. И здесь оказывается важен авторский взгляд, наверное.
- Открываю любую местную газету: одни вести с полей. Где аналитические материалы?
Это, и правда, редкость. Я не знаю, где они…
- Почему никто не отвечает на вопрос Why?
Здесь талант нужен и свобода определенная.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
То есть, раньше больше цепляли? Добросовестные журналисты стараются делать по-честному, тратят на материалы силы и время. Другим, наверное, лень.
- Вот классический пример от моего коллеги Познера: вы приходите на интервью в важное министерство. На столе лежат бумаги, а все журналисты умеют читать вверх ногами.
Вам эту неофициальную информацию не выдают - вы расскажите о ней на утро в газете?
Это зависит от сути информации. И от редактора, который захочет или не захочет взять на себя ответственность за публикацию, если ему покажется, что информация должна дойти до читателя.
Фото Михаила Никитина
пятница, 5 августа 2011 г.
Городские мероприятия. Журналисты. Максим Берштейн
Некоторое время я сотрудничал практически со всеми местными медиа.
Сейчас я полагаю, что журналист, репортер – этот некий наёмник, ландскнехт обстоятельств.
В этой сфере у меня остались знакомые. Я решился задать вопросы 4-м представителям различных местных медиа.
Пишущие журналисты. Вы читаете их каждую неделю.
Максим Берштейн
- Вы открываете утром какую-нибудь местную газету?
Нет. В Карелии это физически невозможно – у нас не осталось ни одной ежедневной газеты, ни местной, ни республиканской.
- Не местную?
Опять же нет. Не местная – это значит федеральная. Учитывая специфику производства газеты, в Карелию она попадет с опозданием минимум на сутки. А зачем мне позавчерашние новости? Да и сама по себе традиция утреннего кофе с газетой, мне кажется, канула в лету. Она еще сохраняется в Европе, которая вообще неравнодушна к традициям, но Россия гораздо более лабильна. Если есть бесплатные и куда более оперативные радио, телевизор, Интернет – зачем тратиться на бумагу? Газета перестает быть источником новостей, она просто не успевает напечататься, пока меняется обстановка. На мой взгляд, отныне газете принадлежит ниша аналитики. Это объемные материалы, которые тяжело воспринимаются с монитора, еще хуже – в виде телевизионной передачи, и уж совсем никак на слух.
- Гардиан или Сан?
Однозначно “Гардиан”. Меня не интересует жизнь знаменитостей и сексуальные скандалы. По этой причине тяжело было работать в “Комсомольской правде”. Даже при том, что карельская “Комсомолка” всегда отличалась абсолютным отсутствием “желтизны”, тяжело быть частью издания, на первой полосе которого - взаимоотношения Пугачевой с Киркоровым.
- Вы считаете себя именно журналистом, в классическом определении?
Безусловно.
- Как Вы стали журналистом? (Где Вы учились?)
Случайно. Тяга к этому ремеслу была всегда, но образование не позволяло. Но в конце 90-х в Петрозаводске мои друзья начали издавать замечательную газету «Город», и попросили у меня написать что-нибудь о службе в Израильской армии. Я написал, и в итоге меня зачислили в штат. Не смотря на отсутствие образования.
- Для кого вы пишите, по вашему мнению. Кто ваша аудитория?
Думающие люди.
- Как вы выбираете темы?
Сначала беру самые на сегодняшний день актуальные. Из них выбираю те, где что-то реально можно изменить с помощью общественного мнения, которое вольно или невольно создает автор материала. А уже из этого оставляю ту тему, которая у меня лучше всего получится.
- Почему местная журналистика такая беззубая?
Спорное утверждение. Пока я редактировал местную газету, меня не единожды вызывали на ковер за то, что мы поднимали серьезные городские проблемы и заставляли местную власть оправдываться. И не одни мы – в нескольких районах республики местные журналисты не раз шли на открытый конфликт с властью.
- Она, по природе, сервильная?
Ни в коем случае. Все зависит от людей. Но здесь определяющей является позиция заказчика, а в местных газетах это – местная власть. Когда у редактора зарплата 5 тысяч рублей, а все остальное – стимулирующие выплаты, которых его можно лишить, согласно закону, без объяснения причин, редактор триста раз подумает, прежде чем идти на конфликт. Сделайте газету финансово независимой от власти – и вы избавитесь от сервильности.
- Часто ли начальство чистит ваши репортажи?
Попыток было много. Получилось, по-моему, дважды. За 11 лет – это неплохо.
- На что можно поймать читателя?
Сегодня – в основном на первую полосу, и это, к сожалению, либо скандал, либо резонансный криминал. Реже курьез. Если первого сентября на первой полосе будет первоклассник с цветами – тираж останется на прилавке.
- Будущее - за инфотеймент?
Боюсь, да. По крайней мере, обозримое будущее.
- Что лучше – стройный алгоритм расстановки слов или эмоция?
В идеале - и то и другое в нужной пропорции. Но читатель, похоже, предпочитает эмоцию. Истеричный вопль он воспринимает лучше, чем хороший язык. Может, поэтому умер такой суперпопулярный в прошлом жанр, как фельетон. Возможно, в этом виноваты мы, журналисты – отучили.
- Открываю любую местную газету: одни вести с полей. Где аналитические материалы?
Они есть, но очень редки. Это явный недостаток профессионализма. Кто пойдет в местную газету на такую зарплату? Человек, способный заниматься грамотной аналитикой, найдет себе более хлебное место. В районную журналистику идут по остаточному принципу.
- Почему никто не отвечает на вопрос Why?
Да нет, пытаются. Просто в условиях сегодняшней конкуренции с электронными СМИ
все гонятся за “что, где, когда”, на “почему” не остается времени. Уверен, что это пройдет. Повторяю: газета – единственное средство массовой информации, где можно не торопясь, с чувством, с толком, с расстановкой проанализировать причины и следствия того или иного события.
- Вам не кажется, что все чаще материалы не цепляют, а убаюкивают?
К этому стремится заказчик. Главное для него – стабильность. Зачастую невозможно объяснить начальнику, что в городке населением 30 тысяч все про все и так знают, и задача газеты – лишь упорядочить эти знания и пресечь слухи. Впрочем, в нашей газете нам это удавалось, власть была вменяемая.
- Вот классический пример от моего коллеги Познера: вы приходите на интервью в важное министерство. На столе лежат бумаги, а все журналисты умеют читать вверх ногами. Вам эту неофициальную информацию не выдают - вы расскажите о ней на утро в газете?
Сложный вопрос. Конечно, надо искать другой источник, но это не всегда возможно. Придется довериться чутью. Но есть и другой аспект. Конечно, задача журналиста – донести до аудитории все, что узнал. Но ведь есть и сверхзадача: выражаясь романтично - сделать мир лучше. Я убедился на собственном опыте, что есть новости, которые не должны становиться достоянием общественности в ту же секунду. Самый известный пример – когда террористы в “Норд-осте” благодаря телевизионщикам в прямом эфире следили за действиями силовиков. Кто от этого выиграл, кроме рейтингов канала? А рейтинг – это всего лишь деньги. Так что в описанной Познером ситуации приходится выбирать самому журналисту, при этом оперируя такими понятиями, как “общественная значимость”. Ну, и «совесть».
Подписаться на:
Сообщения (Atom)